Альбина Ахметова

Поисковые работы в районе печально известного Харьковского котла практически ежедневно приносят новые результаты. 

На этот раз украинские поисковики поделились информацией об обнаруженных сведениях о 102-й Чимкентской стрелковой дивизии, в рядах которой сражалось более 11 тысяч наших земляков. Работы по установлению истины по данному воинскому соединению только начались, однако уже сейчас можно прояснить многие факты трагической судьбы наших воинов. 

Без всякого преувеличения можно сказать, что наши украинские друзья, профессиональные поисковики, энтузиасты и активисты казахского землячества, работают не покладая рук. «Литер» уже неоднократно публиковал сведения о бойцах 106-й кавалерийской дивизии, также сгинувшей в пекле Харьковского котла и считавшейся пропавшей без вести почти 70 лет. На сегодня уже известны имена многих бойцов, чьи останки были найдены на месте кровопролитных боев. Родственники воинов смогли посетить могилы и отдать дань памяти своим предкам. И поток гостей из Казахстана на харьковскую землю не ослабевает. Теперь найдены сведения о бойцах другого пропавшего подразделения. 

– Как всегда, поиск начинается с поступившей информации или  просьбы, – рассказала «Литеру» глава казахского землячества в Харькове Макка Каражанова. – Поиски по 102-й стрелковой дивизии второго формирования начались с просьбы. Два месяца назад я получила письмо от историка Омира Шыныбекулы из города  Шымкента. В письме Омир рассказал об этой дивизии и о собственных поисках.     

Макка Каражанова представила отрывки из его письма. «В процессе поиска следов 88-й стр. дивизии нам стало известно, что на месте 39-й средней школы им. М. Жумабаева находились учебные блиндажи 346-го арт. полка, входившего в состав 102-й дивизии, пропавшей летом 1942 года в сражениях за реку Северский Донец в окрестностях города Лисичанск. Долгое время об этой дивизии  ничего не было известно. Благодаря кропотливому труду журналиста газеты      «Южный Казахстан», впоследствии ставшего писателем, ныне покойного Ю. Кунгурцева стало известно о судьбе 102-й стр. дивизии. Эта дивизия состояла из 410-го, 467-го, 519-го полков и 346-го арт. полка. Также туда входил ОИПД (отдел истреб.-противотанкового дивизиона) и др. подразделения обеспечения и обслуживания. Личный состав – 11373 человека, выходцы из Казахстана, Узбекистана и Киргизии. В селе Тасарык Толебийского района живет семья моего школьного учителя, бойца 467-го полка 102-й дивизии Сайрамбаева Кылышбая – его вдова Урзада-апай, сын Косманат и внуки. Сам Кылышбай-ата тяжелораненым попал в немецкий плен, в лагерь «Сталаг-318 (VIII F)»  г. Ламсдорф (ныне – Ламбиновице (Lambinowice), Польша), после войны был осужден, ведь по Сталину «советский солдат в плен не сдается». Освободился лишь после хрущевской «оттепели». Долгое время работал учителем в родном ауле, но дальше не продвигали, несмотря ни на какие способности и квалификацию. А по рассказам местных жителей, был очень образованным и интеллигентным». 

 Согласно данным Омира Шыныбекулы, 102-я дивизия приняла свой последний бой в окрестностях станции  Лозовая. Об этом ему рассказывал его школьный учитель Кылышбай Сайрамбаев. 

– Скажу честно, для меня эта новость прозвучала как гром среди ясного неба: снова дивизия, снова пропавшая, как и 106-я Казахская национальная кавалерийская дивизия в Харьковском котле, – поделилась Макка. – О судьбе 106-й дивизии наша поисковая группа, Леонид Карцев, Татьяна Крупа и я, готовы написать книгу! Два года поисков – и на сегодня есть колоссальные результаты, найдены живые свидетели, редчайшие архивные документы, впервые за 70 лет мы можем не словесно, а опираясь на офицальные документы, рассказать весь боевой путь.

История о 102-й стрелковой дивизии второго формирования анологична. В Википедии информации нет, в Интернете также, хотя о первом и третьем формировании дивизии  есть полная информация – боевой путь, награды, командиры, а вот о Чимкентской  отсутствует… 

Кстати, даже из трудов Юрия Кунгурцева, о котором писал Омир Шыныбекулы, в Интернете  нет ничего. Лишь единственная посмертная  статья, посвященная ему самому. 

– К сожалению, уже привычные халатность и безразличие к  памяти земляков, погибших в Великую Отечественную войну, – негодует Макка Каражанова. – Что ж, мы сами, собственными силами будем продолжать поиски.  

Итак, на сегодня известно, что в ноябре 1941 года в городе Чимкенте была сформирована  462-я стрелковая дивизия (САВО) согласно постановлению ГКО № 935 от 22.11.1941 г. Уже в феврале 1942 года подразделение было переименовано в 102-ю стрелковую дивизию 2-го формирования, по национальному составу была преимущественно казахской дивизией. Первоначально, в апреле 1942 года, дивизия была направлена из Джамбула в Рязань. Однако уже в пути место назначения поменялось, и казахстанские бойцы отправились в город Славяносербск. Согласно документам командование дивизией было возложено на генерал-майора Ловягина Петра Ермолаевича,  военным комиссаром и старшим батальонным комиссаром назначили Мусатова Алексея Тимофеевича, а дивизионный штаб возглавил  подполковник Вырыпаев Иван Илларионович. Общий численный состав соединения насчитывал 11373 человека… И вновь те самые обычные люди из сел и аулов, «соль» казахстанской земли…

Дивизия состояла из 410-го, 467-го и 519-го стрелковых полков, 346-го артиллерийского полка, 240-го отдельного противотанкового дивизиона, 162-го отдельного минометного дивизиона, 412-й отдельной зенитной артбатареи, 154-й отдельной мотострелковой разведывательной роты, 15-й отдельной химической роты защиты, штабной батареи НАД, комендантской роты, дивизионной школы,  196-го отдельного саперного батальона,  211-го отдельного батальона связи,  163-го отдельного медико-санитарного батальона,  185-й отдельной автороты подвоза,  103-й полевой хлебопекарни,  926-го ветеринарного лазарета,  полевой почтовой станции № 1707 и  1103-й полевой кассы Госбанка.

– Однако у нас осталось еще множество вопросов, – говорит Макка. – Например, в списке вооружения указаны противогазы в количестве 11489 штук, хотя официальная численность личного состава – 11373 человека. Противогазы выдавались с запасом? Также первый официальный документ по дивизии датирован 8 апреля 1942 года, а подписан лишь 8 мая того же  1942-го. Почему такой временной промежуток? Основным же вопросом остается место боев этой дивизии. 

Пока с местом дислокации казахстанской дивизии предстоит серьезно разобраться. Стоит отметить, что соединение указано сразу на нескольких картах, но в различных местах. 

– Пока вопросов значительно больше, чем ответов, – говорит Макка. – Непонятно, каким образом, по словам очевидца, дивизия оказалась в районе Лозовой, приняв  свой последний бой. 

Есть уверенность в том, что произошла путаница в названиях городов. Последний бой был под Лисичанском. В Лозовой  находился концентрационный лагерь для советских военнопленных, куда и попал учитель. Также достоверно известно, что в  начале августа 1942 года  дивизия была расформирована, а остатки дивизии переданы в 275-ю стрелковую дивизию.

Пока готовился материал, Макка Каражанова сообщила, что  получила долгожданную весточку от Омира Шыныбекулы, который переслал ей в электронном виде  книгу Юрия Кунгурцева. Однако качество печати настолько плохое, что читать произведение просто невозможно.  

– Я   верю, что где-то в библиотеке она стоит на полках, – отметила Макка. –  Обращаюсь ко всем в Казахстане: помогите с книгой, очень буду благодарна.

Вот один из немногих разборчивых отрывков из книги Юрия Кунгурцева: «Как-то знакомый мне литератор показал мне номер «Правды Южного Казахстана» за 1942 г., полностью посвященный отправке наших земляков на фронт. В ответ на мое удивление, что же он такое богатство держит при себе, а не пойдет по следам значительного для нашей области события, пожал плечами, мол, судя по всему, дивизия как воинская единица погибла, подвигов особых не успела совершить. Что же о ней писать? Увы, такая точка зрения и помешала, очевидно, в свое время вплотную заняться историей чимкентской дивизии. Но справедливо ли обойти вниманием тех, кто в пору военного лихолетья умирал в безызвестности под гусеницами гитлеровских танков на Барвенковском выступе или под бомбами на переправе через Северский Донец? Безусловно, нам дорог каждый миг истории целой дивизии – тысячи солдатских судеб». 

В руки Макки Каражановой также попали воспоминания лейтенанта Николаева: «В марте погрузились в теплушки, и эшелон пошел на восток. В апреле прибыли в Лисичанск. Здесь получили оружие и… телефоны с кабелем. На фронт попали в начале мая». Бои шли у села Белая Калита. Автор приводит воспоминания  Коли Лисоцкого: «До фронта добирались две недели. 1 мая выгрузились на станции недалеко от  Ворошиловграда. Около Лисичанска полк разместился во втором эшелоне обороны. Обработка переднего края перед атакой была жуткая. Гитлеровцы были уверены, что перед ними пустые окопы. Первым  увидел врага Абу Шалимбетов и ударил длинной очередью. Цепь как корова языком слизала. Но вслед за первой цепью выросла вторая, третья, а потом пошли танки…»

– В своих воспоминаниях разведчик Николай Лисоцкий рассказывает, как было принято решение капитаном  Хайрутдиновым и комиссаром Молотковым выводить оставшихся в живых 200 бойцов из окружения, как переправлялись через реку, как шли ночами, пока не наткнулись на партизанский отряд, – отмечает Макка. –  Как стало на один партизанский отряд больше на Украине, что возглавил его капитан Хайрутдинов. Только вдуматься:  в 1942 году в тылу врага появился Чимкентский партизанский отряд!!!

Украинские поисковики, уже порядком уставшие от равнодушия официальных органов Казахстана к памяти своих земляков, все же не перестают надеяться на активность обычных граждан. По словам наших украинских друзей, история 102-й стрелковой дивизии второго формирования, история земляков-казахстанцев должна быть в широком доступе для всех. 

– Требуется приложить максимум усилий и вытащить дивизию из забытья, – резюмирует Макка Каражанова. – Неважно, что и как считали бывшие партийные боссы, для нас они – герои. И нам есть чем гордиться!

Редакция «Литера», со своей стороны, призывает всех читателей поделиться собственными сведениями о 102-й дивизии. Если ваши предки воевали в рядах данного соединения, сообщите об этом в нашу редакцию: телефон (727) 3152457 (внутренний 214), e-mail: info@liter.kz (с пометкой 102-я). 

Альбина АХМЕТОВА, Макка КАРАЖАНОВА, Алматы – Харьков

http://www.liter.kz/index.php? 
Найденные документы по 102сд 2 формирования, их не так много, но начало положено http://birlik.org.ua/page/posvjashhaetsja-pamjati-102-strelkovoj-divizii-2-go-formirovanija-chimkentskoj
06.09.2012

В номере «ЛИТЕР-Недели» от 21 апреля прошлого года был опубликован материал «Исчезнувшие», первая статья на территории Казахстана, посвященная сенсационным находкам в Украине. 
Спустя почти 70 лет родные и близкие 4 тысяч бойцов 106-й кавалерийской дивизии впервые узнали об их трагической судьбе. С мая 1942-го и до 2010 года дивизия в полном составе считалась пропавшей без вести. Сразу же после первых результатов поисков маховик этой истории закрутился. Уже в сентябре 2010 года в Украину приезжает первая официальная делегация Минобороны РК, в состав которой входят и родственники погибших. Они посещают места кровопролитных боев в печально известном Харьковском котле, где сегодня уже  планируют воздвигнуть мемориал павшим в мае 1942 года.  В Украине поиски информации по нашему воинскому соединению продолжаются, всплывают новые и новые установленные имена, и поток гостей из Казахстана на харьковскую землю не прекращается. Историк Татьяна Крупа – одна из тех энтузиастов, которым казахстанцы обязаны установлением истины о судьбе своих земляков. 

ЛИТЕР-Неделя: Татьяна, работы по Харьковскому котлу, насколько я могла понять, начались недавно?

Т.К.: Наш с Маккой Каражановой (глава казахского землячества Харькова. – Прим. ред.) интерес к событиям мая 1942 года на Харьковщине  возник случайно. Хотя я и историк по специальности, но моя специализация – древняя и средневековая история и  археология. И когда моя подруга Макка в апреле 2010 года завела со мной разговор о 106-й кавалерийской дивизии и событиях мая 1942 года на Харьковщине, я, честно говоря, не знала, что ей ответить. Эта тема очень обширна и, учитывая различные коллизии уже послевоенной истории, полноценно еще не изучена. С другой стороны, о создании в годы Великой Отечественной национальных дивизий всегда было хорошо известно. Поэтому идея поинтересоваться 106-й кавалерийской дивизией и ее связью с родной Слобожанщиной мне показалась не только интересной. Интерес подогревали полулегендарные рассказы о том, как тут у нас под Харьковом в войну кавалеристы с шашками кидались на немецкие танки. Как оказалось, такие же легенды упорно существуют и в нынешнем Казахстане... По иронии судьбы в мае 1942 года на Харьковщине действовала еще одна 106-я дивизия — только не кавалерийская, а стрелковая. И это тоже усложняло поиск. Легенды о кавалеристах в годы войны я слышала на Слобожанщине фактически с детства. И когда Макка спросила меня конкретно о 106-й кавалерийской, я поняла, что информации о ней у нас нет. Особо хочу отметить ту сакральную роль, которую сыграла информация Жанар Калгибаевой из Казахстана, которая сообщила в своем письме следующее: «Мой дед Шайык Калгинбаев пропал без вести в мае 1942 года... В городе Акмоле формировалась 106-я кавалерийская дивизия, в которую мой дед назначается начальником ветеринарной службы. В апреле 1942 года его дивизию направляют в Украину... Всю дорогу дедушка пишет письма своей семье. Дома у него оставались жена и трое детей. В своем последнем письме, датированном 8 мая 1942 года, он сообщает, что его дивизия остановилась в деревне Алексеевка Харьковской области...». Это были уже факты! И мы решили действовать: сесть и поехать в Алексеевку. 7 мая мы оказались  в Красноградском краеведческом музее имени П. Д. Мартиновича и стали вдвоем активно собирать информацию: военкомат, научная литература, краеведы... Сегодня мы точно знаем, что 106-я кавалерийская дивизия, также известная как Акмолинская,  вошла в состав 6-го кавалерийского корпуса. Ну а о его присутствии на Юго-Западном фронте  хорошо известно. Давно опубликованы карты событий мая 1942 года с четким обозначением ситуации театра военных действий. В мае 1942 года на Юго-Западном фронте под Харьковом произошла самая настоящая трагедия: в результате неумело спланированного контрнаступления огромное количество наших солдат погибло. Многие попали в плен, где тоже почти никто не выжил.  Финал этой трагедии разыгрался именно на окраинах Краснограда. А достойные сыновья нынешнего Казахстана сыграли в этой драме ведущую роль: будучи в рядах 6-го кавалерийского корпуса, они прикрывали попытку отхода Красной Армии.

ЛИТЕР-Неделя: Насколько мне известно, именно в этих боях в большом количестве участвовали уроженцы Средней Азии. Так ли это? 

Т.К.: Да, это так. Помимо уже упоминавшихся событий мая 1942 года, в которых принимала участие 106-я кавалерийская дивизия, были еще события 1943 года. Периода освобождения Харьковщины. Тут среднеазиатских имен, равно как и других, очень много. Казахи лежат в братских могилах Чугуевщины, Волчанского района. Участвовали казахи и в освобождении Краснограда в 1943 году. Помимо казахов есть братские могилы, где много узбеков. Как, например, братская могила в моем родном поселке Пересечное Дергачевского района Харьковской области. Есть забайкальцы и сибиряки, есть весь многонациональный бывший Советский Союз в срезе.

ЛИТЕР-Неделя: В последнее время информация о пропавших без вести воинах стала поступать с Украины все чаще и чаще. На сегодняшний день личности скольких бойцов уже установлены?

Т.К.: Такие данные вне моей компетенции. Думаю, что этот вопрос вам значительно лучше смогут осветить специалисты в этом периоде. Есть проект «Книга Памяти. Харьковская область». Есть военкоматы. Все эти и другие структуры ведут учет. Наша же задача с Маккой Каражановой — иная. Мы с ней затронули только некоторые события Великой Отечественной на Харьковщине. Но, затронув их, мы стараемся эту информацию пустить дальше. Поэтому были созданы разделы на официальном сайте харьковского городского национального объединения казахстанцев «Бирлик», посвященные нашим поискам и их результатам. Что касается Краснограда, сегодня идет вопрос о строительстве мемориала жертвам Харьковского котла мая 1942 года на месте пересыльного немецкого концлагеря ДУЛАГ-205 и установки памятного знака в честь казахстанских дивизий. Красноградским горсоветом была выделена земля для этих проектов. А совсем недавно на сессии городского совета Краснограда был принят проект мемориала жертвам Харьковского котла мая 1942 года на месте пересыльного немецкого концлагеря ДУЛАГ-205 талантливого харьковского архитектора В. А. Чернова. И мы, харьковское землячество «Бирлик», являемся инициаторами этого строительства и разработки проекта. Мы благодарны всем неравнодушным к этому вопросу! Всем, кто нас поддержал! И искренне надеемся, что сможем довести это дело до конца. Сегодня мы готовы рассмотреть любые предложения по финансированию строительства этого мемориала.

ЛИТЕР-Неделя: О каком количестве пропавших без вести только на территории Харьковской области приблизительно может идти речь? 

Т.К.: Во время только одних событий мая 1942 года, по немецким данным, СССР понес около 270 тысяч человек безвозвратных потерь. Из этого количества — доля 106-й кавалерийской дивизии (Акмолинской), родственники погибших бойцов которой 68 лет не знали ровным счетом ничего о судьбе сыновей, отцов. Смею утверждать, что точного количества пропавших без вести за годы войны на Харьковщине вам не назовет никто. 

ЛИТЕР-Неделя: Какие основные трудности возникают в процессе поисковых работ? 

Т.К.: Сложный вопрос. Можно ли считать трудностями недостаток информации? Или трудности — это недостаток средств? Все наши скромные исследования держатся на нашем личном энтузиазме, терпении наших семей и помощи друзей и единомышленников. Особых трудностей я не вижу. Но есть цели и есть дорога к ним. А ее, как известно, осилит идущий.

ЛИТЕР-Неделя: Какое участие в поиске информации и установлении личностей погибших принимает казахское землячество? 

Т.К.: Собственно, все эти поиски и проходят под эгидой казахстанского землячества «Бирлик».

ЛИТЕР-Неделя: В настоящее время на территории СНГ наблюдается некий конфликт между странами в трактовке истории Великой Отечественной войны. В частности, российская сторона крайне остро воспринимает любую негативную информацию о Советской Армии. В Западной Украине и странах Прибалтики идут обратные процессы. Каково ваше мнение как историка, есть ли надежда когда-нибудь выстроить максимально объективную картину той войны? 

Т.К.: Как я уже сказала выше, я лично не являюсь специалистом в области истории Второй мировой войны. Но любой историк в своих исследованиях обязан руководствоваться некоторыми принципами: историзма, критической оценки исторических источников... По моему убеждению, нельзя выдернуть факты из контекста и строить на них новые теории. И плохо, когда в консультанты историкам навязываются политики. Думаю, что разумно эту весьма широкую историческую проблему изучать без спешки, особенно давая оценку всем фактам и событиям войны. Какая бы эта оценка ни была. Ну и немаловажно  развивать поисковое движение. Ведь оно добывает факты, которые не всегда есть в архивах.

Беседовала Альбина АХМЕТОВА, Алматы – Харьков


Газета

«Литер» стала первым казахстанским изданием, публикующим данные поисков

могил казахстанских солдат в Украине, которые до сих пор считались

пропавшими без вести.

 Наше издание стало первым, опубликовавшим

сенсационную информацию о 106-й кавалерийской дивизии, которая

практически в полном составе  бесследно исчезла в 1942 году,  и до

недавнего времени о бойцах-кавалеристах не было никаких вестей. В 

номере «ЛИТЕР-Недели» от 21 апреля текущего года вышел материал

«Исчезнувшие», который вызвал огромный резонанс. Тогда  и стало

известно, что дивизия не была расформирована, как это заявлялось ранее.

Более 4 тысяч бойцов 106-й кавалерийской дивизии полегли в кровавой

мясорубке печально известного Харьковского котла в мае 1942 года.  По

сей день харьковское сражение считается не только одной из самых

кровавых страниц ВОВ для советского народа, но и самой позорной для

тогдашнего командования армией. Кроме того, поиски следов 106-й дивизии

вывели следопытов на захоронения казахстанских воинов из других

подразделений, которые разбросаны по всей Харьковской области Украины.

Прежде

всего в очередной раз хотелось бы глубоко поблагодарить представителей

казахского землячества в Украине и украинских историков-энтузиастов.

Именно их многолетними стараниями удалось обнаружить не только следы

канувших казахстанских воинских формирований, но и найти могилы наших

батыров в украинской земле. Стоит заметить, что  весть о найденной 106-й

дивизии прозвучала как гром среди ясного неба для родственников бойцов,

которые наконец-то спустя 70 лет получили надежду найти останки своих

родных. Почтовый ящик главы казахского землячества Макки Каражановой в

считаные недели был буквально завален письмами с просьбой найти ту или

иную фамилию. Причем с просьбами обращались и потомки солдат, которые

воевали в составе других подразделений и также считались пропавшими без

вести. Надо сказать, что задача усложнялась тем, что бои шли на обширной

территории. Последний покой  казахстанские воины также находили  в

разных населенных пунктах, порой весьма друг от друга удаленных. Кроме

того, для украинцев казахские фамилии звучали непривычно, частенько

прочитывались в документах нечетко и в итоге на надгробных памятниках

оказывались искажены. Именно так произошло с Кайназаром Досбергеновым.

Хотя именно его родственникам повезло найти могилу деда в числе первых.

«Здравствуйте,

Макка. Сразу извиняюсь за поздний ответ. Информацию, которую получили

от Вас, надо было переварить. Нет слов выразить наши чувства, эмоции

родственников и т.д. Огромное спасибо. Макка, Вы такую работу ведете...

Ее простыми, обычными мерками слов не измерить... Весть облетела быстро,

поздравляли все – соседи, дальние родственники, на работе...  Получив

информацию, наши устроили семейный совет. Моя мама – его дочь и еще

мамин брат. Они одни из детей деда остались. Я еще показала Ваши фото,

ох, столько слез, волнений... – это письмо внучки Кайназара Досбергенова

Зинагуль после того, как была обнаружена могила деда. – Сейчас как-то

информацию переварили и решили ехать в Украину, в это село. Повезу маму и

дядю, планируем этим летом. Сейчас мы просчитываем дорогу, с отпуском…

Поездка у нас планируется серьезная, им-то 70 и 72 года. Но они

воодушевленные, готовы к поездке…»

Как рассказала сама Макка

Каражанова, Кайназар Досбергенов попал в штрафной батальон. Как

известно, именно штрафников обычно бросали на самые тяжелые участки,

практически не оставляя шансов выжить. С ним было немало

земляков-казахов. Сейчас по ним проводится дополнительная проверка.

Как

уже говорилось ранее, поначалу появилась информация, что могила

Кайназара Досбергенова находится в селе Савинцы. Однако позже его

удалось найти в деревне Залиман. Могилу обнаружили этой зимой после

длительных поисков.

– Нам показали памятник возле школы, мы выяснили

все, что нас интересовало, и в связи с тем, что путь не очень близкий,

собрались выезжать обратно в Харьков, вспоминает обстоятельства той

поездки Макка Каражанова. –  Уже садились в машину, зацепило последнее

слово, что бои были тяжелые, погибших много. Естественно, от нас

прозвучал вопрос, почему на плитах так мало имен. На что председатель

ответил, что в селе есть второй памятник, который стоит в лесу. Конечно,

мы поехали. Сделали несколько снимков плит, с именами. Там и была

обнаружена фамилия Кайназара Досбергенова.

Итак, братская могила, в

которой покоится Кайназар Досбергенов, расположена на северо-восточной

окраине села Залиман Балаклейского района Харьковской области. Как уже

говорилось ранее, как и во многих подобных случаях, фамилия была указана

как Дусбергенов, что несколько затруднило поиск. Тем не менее старания

энтузиастов увенчались успехом.

На днях родственники Кайназара

Досбергенова наконец побывали на могиле своего предка. Даже у сторонних

наблюдателей эта встреча с памятью через 70 лет вызвала слезы.

«Торгын

Кайназарова своего отца не помнит совершенно. Девочке было чуть больше

месяца, когда его призвали на фронт в самом начале войны. После мама

рассказывала, как муж прощался с детьми перед уходом», – так начинается

телевизионный сюжет харьковской телекомпании «Объектив» о визите

казахстанской семьи к могиле своего деда. Стоит напомнить, что именно

наши коллеги из «Объектива» наиболее активно сотрудничали с газетой

«Литер» в темах, посвященных обнаруженным казахстанским захоронениям.

Они первыми заявили о сенсационной информации о 106-й дивизии.      

Как

рассказали родственники погибшего воина, с фронта Кайназар Досбергенов

отправил домой несколько писем, однако уже с начала 1942 года от него

больше не поступило ни единой весточки. О том, что Кайназар Досбергенов

пропал без вести где-то под Харьковом, родственники узнали лишь в

середине 70-х годов, в сухой справке из военкомата. До этого в попытках

узнать хоть что-нибудь о судьбе своего отца и деда они отправили десятки

запросов в различные инстанции. И в итоге – несколько сухих строчек.

Правда, именно в этом ответе и прозвучало название села Савинцы. Поэтому

Досбергеновы до последнего думали, что прах Кайназара покоится там. А

тем временем жители села Залиман бойцов-казахов помнят. В сюжете

«Объектива» на вопрос корреспондента Андрея Кравченко Раиса Переверткина

рассказала:

– У нас клуня здорова була, и жили и в клуни, и в

хати…  Оце последний раз, я забула, скильки их чоловек було – пишли и

вси не вернулись. До единого …

Однако уже сам факт обнаружения могилы

деда стал поводом для праздника в семье Досбергеновых. Внучка Зинагуль,

та самая, что вела переписку с Маккой Каражановой, рассказала, что по

поводу  находки по казахским обычаям был дан ас – поминки. Тогда новость

облетела не только всех близких и дальних родственников солдата, но и

соседей и друзей семьи.

Стоит отметить, что казахстанских гостей

местные жители встретили шумным радушием. Был проведен настоящий

памятный митинг. Местные провели родственников солдата по местам боев,

дружной толпой проводили к братской могиле. По сути чужие люди, жители

Залимана, не могли сдержать слез, наблюдая долгожданную встречу…

Теперь мы считаем, что у нас родственники в селе появились, – поделилась

впечатлениями от поездки с корреспондентом «Литера» Зинагуль. – Нас

очень тепло встретили, всем селом. Прямо в лесу столы накрыли. Все село

нас встретило.  Борща наварили. Пирогов напекли. Мама даже расплакалась…

Приглашают в гости надолго. Пообещали хаты выделить…

Над братской

могилой, в которой покоится Кайназар Досбергенов, родственники рассыпали

привезенную с собой землю с малой родины казахстанского бойца.

Поисковики намерены и дальше продолжать искать могилы наших земляков.

Да, пока украинскую землю посетила одна семья, чей родственник  был

найден. Один человек, одна судьба – это уже целый мир. Кстати, по словам

родных Кайназара Досбергенова, в будущем году на могилу собираются

приехать остальные многочисленные внуки и правнуки погибшего батыра.

Альбина АХМЕТОВА, Алматы – Харьков (фото)

Из номера в номер мы публикуем новые данные о

захоронениях казахстанских воинов времен Великой Отечественной войны, 

вокруг которых складывается весьма непростая ситуация.

 Стоит отметить, что пока восстановлением

исторической информации о наших земляках по-прежнему занимаются лишь

энтузиасты. Сегодня мы вновь публикуем списки тех,  чью судьбу спустя 70

лет все еще хотят выяснить родные и близкие в Казахстане.

 Как

неоднократно говорилось в прежних публикациях,  раскопать хоть какую-то

информацию в казахстанских военных архивах все еще остается непосильной

задачей.           

– Меня мучает вопрос, почему в военкоматах

Казахстана нет информации о призывниках? – сетует глава казахского

землячества в Украине Макка Каражанова. – В первоначальных документах

всегда говорилось, на какой фронт отправляется мобилизованный и в какую

дивизию. Имея на руках эти данные, есть шанс узнать судьбу своих

близких. Если не место захоронения, то хотя бы места последних боев.

В

предыдущих материалах «Литер-Неделя» уже писал о горькой судьбе 106-й

казахской кавалерийской дивизии. Данное воинское подразделение считалось

пропавшим без вести в полном составе. Лишь недавно выяснилось, что

почти весь личный состав дивизии погиб в ходе печально известного

«харьковского котла» в мае 1942 года. В скором времени на месте боев

начнутся раскопки. Первая публикация о том, что именно произошло с

бойцами 106-й дивизии, вызвала шквал откликов. Люди пишут и звонят с

единственной просьбой – найти любую информацию о родных.

– По 106-й

дивизии  нет полного списка кавалеристов, а призывались они из 10

областей Казахстана, – говорит Макка Каражанова. – Неужели ни один

военкомат не сохранил списки призывников?

 При должном участии

отечественных военкоматов и Министерства обороны Казахстана

восстанавливать имена павших и их судьбу было бы намного легче. Однако

до сих пор ситуация с бездействием военных ведомств остается, что

называется, непробиваемой.

«Добрый день! Прошу

вас помочь в поисках своего деда Карипова Садыка, 1912 года рождения,

призванного Нуринским РВК Карагандинской области (Казахстан). Отец на

протяжении всей жизни искал хоть что-то о нем, но все было тщетно,

приходили письма, насколько я знаю, «пропал без вести». И только сейчас

все проясняется... Что дед служил в 106-й кавалерийской дивизии и

последние дни провел у вас на родине под Харьковом. Убедительная

просьба, так как просмотрел все электронные и издательские книги памяти,

прошу уточнить, узнать, есть ли в каких-нибудь списках погибших мой дед

Карипов Садык. Огромное спасибо».

Куандык Карипов  (в электронной книге Украины  этого бойца нет, как нет и многих бойцов 106-й кд).

«Здравствуйте, уважаемая Макка Каражанова.

Во-первых, я хочу сказать вам большое спасибо за вашу работу по

восстановлению памяти солдат-казахстанцев, погибших в этой ВЕЛИКОЙ

ВОЙНЕ. Где-то там, под Харьковом, похоронен и мой дед Александр

Васильевич Семенистов, 1902 г.р. По воспоминаниям моей мамы, он был

бакенщиком и жил в селе Кулагино Гурьевской области, откуда и был

призван в мае 1942 года. А в июне пришло извещение, что дедушка пропал

без вести. И лишь в 1982 году маме удалось узнать, что дед не пропал без

вести, а похоронен под Харьковом в братской могиле. К сожалению,

никаких документов у меня,  кроме моих воспоминаний, да и то не очень

отчетливых, не сохранилось. Буду очень вам признателен, если сможете

проверить в ваших документах человека с такой фамилией, именем и годом

рождения. Очень хотелось бы побывать на его могиле. Моя мама так и не

смогла этого сделать. Может быть, я смогу осуществить ее несбывшуюся

мечту. Заранее благодарен за любую информацию.

С уважением Семенистов Александр Николаевич, 1963 г.р.». (Идет поиск).

«Здравствуйте, Макка Каражанова. Прочитала статью про исчезнувшую 106-ю кд, многое стало понятным, но появились и вопросы, поэтому-то и решила написать.

 Еще

в далекие 70-е годы, когда я училась в школе, мы все участвовали в

движении «Никто не забыт, ничто не забыто». Тогда я училась в Чимкенте,

и, конечно, мы искали ветеранов Чимкента. Но дома от мамы я слышала, что

ее отец, мой дедушка, пропал без вести, в последнем письме он сообщал,

что отправляют куда-то под Харьков. И я решила тоже искать дедушку, и

однажды к нам пришло письмо, где сообщалось, что мой дедушка,

Досбергенов Кайназар, призванный в армию военкоматом города Аральска,

погиб под Харьковом. Вот сейчас не помню, я тогда в 5-м классе училась,

по-моему, была ст. Савинцы. Когда пришло это письмо, бабушка собрала

всех родственников, детей и в честь этого был дан большой ас (поминки). Я

была маленькая, но я  помню, с каким уважением аксакалы подходили ко

мне и говорили «спасибо». По тем временам это было большим, значимым

делом. (В книге памяти Харькова  такого нет, надо ехать на место).

Хотелось бы точнее все узнать, а нет ли в тех списках и моего дедушки, и вообще какие-либо данные.

С большим уважением Зинагуль Булекбаева. Была бы рада любой информации».

«Уважаемая Макка!Меня

интересует информация о моем деде лейтенанте Аяпбергене Сырымбетовиче

Абдрахманове, призванном на военную службу из г. Петропавловска, который

получил звание Героя Советского Союза посмертно. Из всех сведений,

которые у меня имеются, он погиб летом 1943 года в Запорожской области

Украины в бою. Буду благодарен за любую информацию. Этим летом я хотел

бы с детьми съездить на его могилу, но мы не знаем, где она.

С 

уважением  Абдрахманов Марат». (Проверили, среди Героев Казахстана такой

фамилии нет, послали запрос в Запорожье, ответ ожидается.)

«Здравствуйте Макка,

спасибо, я читал вашу статью «Исчезнувшие», где казахская 106-я дивизия

попала в харьковский котел.  Там был мой дед в 81-й сд (стрелковая

дивизия. – Прим. ред.)!

Моя бабушка получила благодарственное письмо от командования 81-й сд, только поэтому мы знаем, где он служил.

В

этой дивизии у меня пропали три  моих деда, три родных брата – Сугуров

Нарынбай, Сугуров Сагынбай, Есенов (Сугуров) Акканат, в мае 42-го

сражались под Харьковом. От моего родного деда Нарынбая после мая не

было ни одной весточки, а на сайте ОБД он числится пропавшим в 44-м

году. Помогите найти моих дедушек (81-я сд.)».

«Bauyrzhan Nurtaza.

Салеметсизбе! Согыста из туссиз кеткен атамызды издеп журмиз.мумкин

сиздеги акпараттан табылып калар. Телемгенов Шарип 1900 ж.туган Гурьев. с

Баксай».

«Я, Сарсенов Мурат из Казахстана, г. Атырау (бывш.

Гурьев), только что прочел статью о 106-й казахской дивизии,  павшей в

бою под Харьковом.

Дело в том, что мой дед, Сарсенов Зейнолла

Сарсенович (может быть, записан как Масалимов Зейнолла Сарсенович),

пропал без вести. Последнее письмо датировано 1941-м годом.

Приблизительный

год рождения  – 1920–22, призван в 1938 г. из КазССР Гурьевской области

Денгизским райвоенкоматом. Хотел бы узнать, есть ли в списках фамилия

моего деда?

Заранее благодарен».

«Здравствуйте, Макка!

Пишу вам от имени своей мамы, которая ищет отца Курмангазиева Зинулла,

1915 года рождения.  Пишут, что он ушел на фронт 26.10.44 года, призван

Испульским РВК Гурьевской области. Последнее письмо было 18.07.1945 г.,

но ее отец, по словам матери, ушел в 1941 году вместе с деверем Хадиевым

Халимом в один день (о нем написано, что  ушел 17.02.1941г.).

Курмангазиев Зинулла пропал без вести. Последнее письмо получили

7.02.1943 г. из п/п 530 часть 132, пропал без вести, апрель 1943-го.

Надеемся, что, может, есть его имя в вашем списке. Есть фотография его

вместе с товарищами.  Кто они, мы не знаем, сам он находится посередине,

подчеркнули галочкой... Хотим найти, прочитали статью в нашей газете

«Ак-жайык» в г. Атырау –  «Белые пятна» истории. Там были ваши

координаты. Просим вас, если есть какие-то сведения, написать нам.

Искренне вам благодарны!»

Также

был один звонок из Атырау. Болат Кабиевич Утебаев разыскивает своего

двоюродного брата, младшего лейтенанта государственной безопасности

Утебаева Уали Гусмановича, 1913 года рождения.

– Мой двоюродный брат

окончил высшую школу НКВД в Москве, – рассказал Болат Кабиевич. – Затем

был направлен в Ташкент, в Среднеазиатский военный округ. Однако оттуда

его отправили в командировку в Иран в составе группы военных

специалистов, в город Месхет. Из Месхета он вновь вернулся в Ташкент,

откуда его уже командировали в Семипалатинск, где и формировалась 106-я

кавалерийская дивизия. В одном из писем от 7 апреля 1942 года он

написал, что выехали из Семипалатинска. Следующее письмо от 19 апреля

1942 года было написано в дороге, в нем было фото, где они вместе со

своим братом снялись в Москве. Он просил передать фото матери. Больше

вестей от него не было.

Как рассказал Болат Кабиевич, его старший

брат вел переписку с тогда еще Гурьевским областным военкоматом, пытаясь

что-то узнать о судьбе пропавшего Уали. 

– Мы получили выписку из приказа начальника Главного управления контрразведки СМЕРШ за

220 от 16 мая 1946 года, – говорит Болат Кабиевич. – Там говорилось:

«Исключить из списка личного состава как пропавшего без вести младшего

лейтенанта госбезопасности, заместителя начальника особого отдела НКВД

106-й кавалерийской дивизии Утебаева Уали Гусмановича как пропавшего без

вести в 1942 году. Начальник Главного управления контрразведки СМЕРШ

генерал-полковник Абакумов. Приписка «верно» и вторая подпись:

Оперуполномоченный 4-го отделения 7-го отдела управления кадров МГБ СССР

капитан Красникова.  8 мая 1947 года».

По мере появления какие-либо

сведения о разыскиваемых лицах либо уже установленные имена павших

бойцов-казахстансцев «Литер-Неделя» будет немедленно публиковать.

Альбина АХМЕТОВА, Алматы