Нуркан Сеитов

Наша поисковая группа считает своим долгом всегда и во всем придерживаться только достоверных и правдивых фактов,мы не позволяем себе перекраивать историю дивизии,ссылаясь на не проверенные факты и тем более на собственные выводы,верим что опираясь на архивные документы и свидетельства близких,будет воссоздана правдивая героическая судьба 106 Казахской национальной кавалерийской дивизии!

Поэтому прошу Вас,не спешите осуждать и критиковать,эти качества не требуют от человека развития и созидания,да и вообще труда,а ощутите и пропустите через себя то,чем и как прожила семья Нуркана Сеитова,какое выдержала давление и сколько имела сил,внутреннего мужества пройти через все это,оставаясь наполненными добром,любовью и верой!

Сохранения в тех условиях самого архива -подвиг! Не отказаться от близкого героизм!

Лично мы ни на йоту не сомневаемся в храбрости политрука 106 кав.дивизии Нуркана Сеитова, прекрасно понимая,что будучи Наркома Казахстана,имея 100% бронь,он сам отказался от брони,написал заявление и пошел добровольцем на фронт.

Воспоминания Нурлана Сеитова,сына Нуркана Сеитова

Впервые слезы душили меня в 14 лет при вступлении в комсомол. Кто-то из комиссии в райкоме комсомола спросил меня, где мой отец, и я выдавил из себя, сдерживая слезы:

-Он погиб за Родину.

Дальше я ничего не мог сказать: слезы сдавливали мне горло (тогда я не знал, что мой отец – предатель Родины). Эта трагедия нашей многодетной семьи нависала зловещей тучей всю нашу жизнь. Мы с детства не знали правду об отце, не знала и наша мать Нуранья Шарипова.

Только в далеких 60-годах на наш запрос в Москву был дан окончательный ответ: он враг народа.В шестьдесят шестом году я вернулся из армии, где прослужил в войсках ПВО три года.

Работая музыкантом в коллективе Народной артистки СССР Розы Баглановой, мы гастролировали по Казахстану.

И однажды в Кокчетавской области в селе «Красный Яр» я вдруг увидел в одном доме портрет своего отца…Случилось это так. Перед концертом около клуба босоногие ребята играли в асыки. Ко мне подошел мальчик и спросил, кто из музыкантов Сеитов (афиша висела на дверях клуба). Узнав, что это я, он пригласил меня к себе домой. В тесной землянке на видном месте висел портрет моего отца. Так мы впервые после войны нашли родную сестру нашего папы - Ажар, а маленький пацан оказался моим двоюродным братом. В те далекие годы, когда отец был объявлен врагом народа, все родственники отвернулись от нашей семьи, все боялись арестов. А тетя Ажар, потеряв все связи с родными, тем не менее, хранила портрет своего брата все эти годы. Она долго плакала, обнимая меня, я не выдержал, обнял ее и прослезился…

Все еще не ведая о настоящей судьбе отца, я написал песню о нем, которую спел на слете учителей г. Целинограда. Вот строки этой песни:

Живого не видал отца я своего,

Свинец в краю чужом

Застыл в груди его.

Годы шли. Официальная правда о судьбе отца уже была с нами. Моего старшего брата Майдана не допустили к защите диссертации, исключили из аспирантуры при МГУ, когда при сдаче кандидатского минимума комиссия раскопала в документах брата, что он сын врага народа, хотя на тот момент его научный руководитель – ученый с мировым именем академик Колмогоров, уже включил в учебник математики формулу, которую разработал мой брат.

Такая же судьба постигла и мою старшую сестру Мадину, когда она была аспиранткой в институте зоологии АН Каз.ССР.

Впервые публично рассказал правду о судьбе нашего отца Нуркана Сеитова известный музыкант, первая скрипка Казахстана Айткеш Толганбаев.

Как-то мне позвонила старшая сестра Мадина и сказала, что в алматинской газете написано что-то об отце. К счастью автора статьи – Людмилу Енисееву-Варшавскую, я знал лично, поэтому тут же позвонил к ней домой. Она писала в газете о книге А.Толганбаева « Исповедь судьбы жестокой», в которой он вспоминает о суде над изменниками Родины в 1947 году, когда на одной скамье подсудимых вместе с ним оказался и наш отец, героическим поведением которого он был восхищен. Я нашел Толганбаева. Он плакал, узнав, что я сын того самого Н.Сеитова. Меня потряс его рассказ о том, как он боролся за свою реабилитацию в Москве, «отсыпаясь» на полу Казанского вокзала. Он обещал нам помочь реабилитировать нашего отца. Будучи уже тяжело больным, Айткеш-ага пригласил нас, детей Н.Сеитова на свой отчетный концерт в консерваторию. Перед концертом он поднял нас с кресел и сказал всему залу: « Вот дети великого наркома, комиссара дивизии, ставшие жертвами сталинского режима».

К сожалению, Айткеша Толганбаева уже нет с нами, он умер, не успев достучаться до правды о нашем отце…

За этой правдой все эти годы мы ходили по многим инстанциям. Но ответ всегда был одним и тем же - враг народа, изменник Родины.

Мать ( Нуранья Шарипова)

В трехкомнатном доме, после ареста отца, жили 9 человек. В одной комнате две сестры и два брата, старшая сестра спала с мамой, и еще одну комнату сдавали семье квартирантов из трех человек. Что бы как-то нас прокормить, мама брала дополнительную работу, мыла полы в киностудии, печатала киносценарии по ночам. Наша мама, мужественная, красивая душой и внешне, даже в самые трудные дни пела нам песни, растила нас в любви, чтобы мы выросли достойными людьми в неизвестной еще для нас жизни.

Я посвятил своей маме песню, которую подарил ей, когда мы все уже стали взрослыми, у каждого появились свои дети, семьи. Эту песню спели маме впервые ее дети, когда подросли внуки, начали петь они своей любимой бабушке на наших семейных вечерах.

Мама моя, спеть я хочу

Как я тебя сильно люблю!

Все не споешь в песне моей

Как я тебя сильно люблю.

Вся доброта нашей земли

В теплой руке, в ласке твоей.

Были года, тяжки для всех,

Но ты смогла всех нас сберечь!

-Ты композитор!- прослезилась мама, когда впервые услышала песню.

Ее слова вдохновили меня на всю оставшуюся жизнь.

Нурлан Сеитов. 2011 год.

Благодарим семью Нуркана Сеитова за предоставленный архив!!!

автобиография Нуркана Сеитова

характеристика Нуркана Сеитова

Из книги "Наркомы Казахстана"

Бойцы 106 кавалерийской дивизии на ученьях

Встреча с Диной и Жанной Сеитовой в Алматы, все мы внимательно слушают историю семьи.

Первые публикации о Нуркане Сеитове

http://birlik.org.ua/page/nurkan-seitov-komissar-106-kd

http://www.naslednikislavy.ru/Makka/albums/167

2 августа 2012.

Галя Галкина

Его судьба трагична и полна величия... Представитель эпохи энтузиастов-патриотов, Нуркан Сеитович Сеитов - нарком, комдив, как и многие его сподвижники, попал в жернова сталинских репрессий.

Об этом свидетельствует и биографический справочник “Наркомы Казахстана 1920-1946 гг.”, подготовленный архивом президента РК совместно с Фондом изучения наследия репрессированной интеллигенции Казахстана “Арыс”: большинство из названных в книге 402 бывших руководителей правительства и наркоматов Казахстана репрессировали

Нуркан Сеитов родился в 1904 году в ауле №1 Сталинского района Акмолинской области. Рано стал сиротой: в 6 лет лишился отца, когда исполнилось 9 лет - умерла мать.

Добровольцем пошел служить в Красную Армию. Участвовал в ликвидации басмачества в 1924 году. Был курсантом, воспитанником-красноармейцем объединенной военной школы в Оренбурге. Когда школу расформировали, учился в кавалерийской школе имени Коминтерна в Твери. После завершения военной школы в Ташкенте был назначен командиром взвода в 81-м кавалерийском полку. Полк располагался в то время в Термезе, в Узбекистане.

Будущий нарком закончил военную службу в 1932 году в должности политрука 3-го эскадрона Казахского кавалерийского полка. Зачислен в резерв РККА в связи с переходом на работу в Казахский краевой комитет ВЛКСМ. Работал в партийных органах: секретарем партийного комитета наркома земледелия КАССР, вторым секретарем Акбулакского райкома ВКП(б) Акмолинской области.

На Нуркана Сеитова поступил клеветнический донос из Казахского института марксизма-ленинизма, его сняли с должности заведующего отдела Карсаксайского райкома партии. Нуркан Сеитович написал гневное опровержение, обратился в Карагандинский обком партии. По-военному четко призвал разобраться: “Прошу бюро обкома и ЦК КП(б) по-большевистски глубоко, метко вникнуть в сущность моего дела”.

До окончательного решения участи Нуркана Сеитова определили на работу в партийный отдел областной газеты “Советская Караганда”. Здесь он проработал до конца июня 1938 года. Бюро Карагандинского обкома 26 июня 1938 года рассмотрело его дело и решило откомандировать в распоряжение ЦК КП(б) Казахстана.

Нуркан Сеитов отправился в Алма-Ату, где у него находилась семья. Приступил к работе в Наркомате легкой промышленности Казахской ССР. В июле 1940 года его назначили наркомом легкой промышленности Казахской ССР, в этой должности пребывал до призыва в Красную Армию.

С семьей (Нуркан Сеитов в центре), 4 декабря 1941 года.

Нарком Нуркан Сеитович Сеитов был в числе тех, кто ушел в действующую армию в декабре 1941 года. Получил назначение комиссаром в 106-ю национальную кавалерийскую дивизию. В марте 1942 года из города Акмолы дивизия отбыла на фронт.

Из четырех казахских кавалерийских дивизий, ушедших на фронт, три из которых были национальными, самой трагичной была судьба именно 106-й кавалерии. Расформированная 106-я дивизия пошла на доукомплектование 6-го кавалерийского корпуса, судьба которого из всех корпусов, принявших участие в битвах на фронтах Великой Отечественной, также оказалась самой трагичной.

Харьковское сражение в мае 1942 года, куда попала 106-я кавалерийская дивизия, можно охарактеризовать как небывалую по своим масштабам битву народов, в ней приняли участие немцы, румыны, итальянцы, мадьяры, словаки, хорваты и валлонцы. Завершилось сражение катастрофическим поражением войск нашей интернациональной Красной Армии.

В сводке Совинформбюро от 31 мая 1942 года сообщалось, что “наши войска в этих боях потеряли убитыми до 5 тысяч человек, пропавшими без вести 70 тысяч человек, 300 танков, 832 орудия и 124 самолета”.

Согласно сталинской военной оценке, наши потери в харьковском сражении составили около 200 тысяч человек, “отданных противнику”, т.е. убитыми и пленными. Есть специалисты, утверждающие, что она более близка к современным российским исследованиям - 207 047 человек (попали в окружение, т.е. были убиты или попали в плен), чем к немецким данным в годы войны - 239 036 только пленных. Вряд ли это окончательные цифры.

Пройдет несколько месяцев, победившие под Харьковом будут уничтожены в Сталинграде, а фельдмаршал Паулюс позорно сдастся в плен.

В числе многих командиров попал в плен комиссар дивизии Нуркан Сеитов.

Из попавших в окружение казахских кавалеристов были те, кому удалось выйти из харьковского окружения: Е.Айгулакову, призванному из Костанайской области в 307-й кавалерийский полк 106-й дивизии, благодаря помощи местных жителей не только удалось уцелеть, вновь встать в ряды Красной Армии и, вернувшись, еще долгие годы работать в органах НКВД и райкоме партии.

Были те, кто, сбежав при помощи итальянских союзных войск вермахта, попали в партизаны, им довелось воевать в Италии - одним из них был Мукан Сакенов из Смирново. Некоторые воевали в Югославии и заслужили благодарность легендарного Иосифа Броз Тито. После окончания войны всех бывших партизан репрессировали, они прошли через советские лагеря.

Нурлан Сеитов, сын наркома Нуркана Сеитовича, пережил удивительные события. В шестьдесят шестом году он вернулся из армии, где прослужил в войсках ПВО три года. Работал музыкантом в коллективе народной артистки СССР Розы Баглановой. Труппа гастролировали по Казахстану. И вот однажды в Кокчетавской области в селе Красный Яр Нурлан Сеитов вдруг увидел в одном доме портрет своего отца...

Он вспоминает: “Случилось это так. Перед концертом около клуба босоногие ребята играли в асыки. Ко мне подошел мальчик и спросил, кто из музыкантов Сеитов (афиша висела на дверях клуба). Узнав, что это я, он пригласил меня к себе домой. В тесной землянке на видном месте висел портрет моего отца. Так мы впервые после войны нашли родную сестру нашего папы Ажар, а маленький пацан оказался моим двоюродным братом. В те далекие годы, когда отца объявили врагом народа, все родственники отвернулись от нашей семьи, все боялись арестов. А тетя Ажар, потеряв все связи с родными, тем не менее хранила портрет своего брата все эти годы. Она долго плакала, обнимая меня, я не выдержал, обнял ее и прослезился”.

Спустя годы официальная правда о судьбе отца уже была известна близким... Старшего сына Нуркана Сеитова, Майдана, не допустили к защите диссертации, исключили из аспирантуры при МГУ, когда при сдаче кандидатского минимума комиссия раскопала в его документах, что он сын врага народа... Хотя на тот момент его научный руководитель - ученый с мировым именем академик Колмогоров - уже включил в учебник математики формулу, которую разработал Майдан.

Такая же судьба постигла и старшую дочь Нуркана Сеитовича Мадину, когда она была аспиранткой в Институте зоологии АН КазССР.

Нурлан Сеитов: “В трехкомнатном доме после ареста отца жили 9 человек. В одной комнате две сестры и два брата. Старшая сестра спала с мамой Нураньей Шариповой, и еще одну комнату сдавали семье квартирантов из трех человек. Чтобы как-то нас прокормить, мама брала дополнительную работу, мыла полы в киностудии, печатала киносценарии по ночам. Наша мама, мужественная, красивая душой и внешне, даже в самые трудные дни пела нам песни, растила нас в любви, чтобы мы выросли достойными людьми в неизвестной еще для нас жизни”.

Нурлан Сеитов посвятил своей маме песню, подарил ее, когда все дети стали взрослыми, у каждого появились свои дети, семьи... Эту песню Нуранье Шариповой спели впервые ее дети, а когда подросли внуки, то и они исполняли своей любимой бабушке на семейных вечерах песню Нурлана.

Мама отнеслась к песне с волнением, когда впервые услышала ее от Нурлана: “Ты - композитор!” Ее слова вдохновили Нурлана на всю оставшуюся жизнь.

Нурлан Сеитов: “Впервые публично рассказал правду о судьбе нашего отца Нуркана Сеитова известный музыкант, первая скрипка Казахстана Айткеш Толганбаев, который сам пережил войну, плен и репрессии. Во время суда над изменниками родины в 1947 году на одной скамье подсудимых вместе с ним оказался и наш отец, героическим поведением которого он был восхищен. Я нашел Толганбаева. Он плакал, узнав, что я сын того самого Нуркана Сеитова. Меня потряс его рассказ о том, как он боролся за свою реабилитацию в Москве, “отсыпаясь” на полу Казанского вокзала. Айткеш Толганбаев обещал помочь нам реабилитировать нашего отца”.

Уже тяжелобольной скрипач давал отчетный концерт в консерватории, на который пригласил детей Нуркана Сеитова. Перед началом он поднял их с кресел и обратился ко всему залу: “Вот дети великого наркома, комиссара дивизии, ставшие жертвами сталинского режима”.

Айткеш Толганбаев ушел из жизни, не успев достучаться до правды о Нуркане Сеитове. Но ему самому удалось дожить до собственной реабилитации.

Дети благородного наркома, комдива приняли на себя миссию реабилитации своего отца. 18 апреля 1947 года военным трибуналом Туркестанского Военного округа в закрытом заседании, без сторон обвинения и защиты Нуркан Сеитов был приговорен к высшей мере уголовного наказания, которую заменили отбытием наказания сроком 25 лет в лагерях. Умер Нуркан Сеитович в лагере Магадана.

http://www.np.kz/2012/08/02/

opalnyjj_komdiv.html

аша поисковая группа выражает огромную благодарность Галине Галкиной за статью!!!

Наркомом легкой промышленности Казахской ССР добровольцем ушел на фронт

 

Родился 1904г. Член ВКП с 1927г, в РККА с 1924г. Окончил Средне Азиатскую Объединенную Высшую школу им. Ленина, кавалерийское отделение в Ташкенте 1930г.

 

В резерве Красной Армии с 1932 года

   

В 1924г в августе месяца добровольно вступил в школу, в качестве воспитанника и это в 26 год.

1931 года с 1 мая работает секретарем райкома ВЛКСМ.

Нуркан Сеитов. 1904 г.р., Комиссар 106 кавалерийской дивизии, Нарком легкой промышленности КазССР, добровольцем ушел на фронт, попал в плен, В 1947 году осужден, приговорен к расстрелу, расстрел был заменен на 25 лет лишения свободы. 

Умер 1953 году в лагере НКВД.

Из воспоминаний внучек Нуркана Сеитова

.

Внучки Нуркана Сеитова

Наше первое знакомство произошло по телефону,зазвонил телефон,я подняла трубку и услышала взволнованный голос-"Здравствуйте, я Дина Сеитова".

Моей радости не было предела...

Мы просматривали Интернет- продолжила Дина - и на Вашем сайте увидели информацию о своем деде Нуркане Сеитове,нет слов передать Вам нашу радость.

Наш дед был Наркомом легкой промышленности Каз ССР,отказался от брони и добровольцем ушел на фронт. Номер дивизии и трагическую судьбу дивизии узнали благодаря Вашей странице на Вашем сайте в Наследниках славы http://www.naslednikislavy.ru/Makka/albums/167,наконец-то мы знаем и в какой дивизии воевал наш дед!

Его биография есть в книге "Наркомы Казахстана".

У нас есть фотографии и документальные свидетельства, которые мы хотим передать Вам для восстановления достоверной истории 106 казахской кавалерийской дивизии.

Конечно самым волнительным для меня оказался и этот звонок,и архив семьи Сеитовых,который сохранился не смотря на все гонения, угрозы.Преодолевая страх,не теряя веры,семья хранила личный архив Нуркана Сеитова, архив бесценен и уникален!